Кое-что о себе

НА  РАСПУТЬЕ

Вот и пролетело пять институтских лет. Возможно, лучшая часть жизни. Хватит учиться, пора работать. Сижу в вагоне, пишу стишок.

Прощай, МИИТ! Без сожаленья
Тебя оставлю навсегда.
Ты мало дал мне наслажденья
И мало радости труда.

Хотя я кой-какие вещи
Познал в твоих стенах, МИИТ,
Боюсь, не буду я, как Бещев
Или как Марквардт, знаменит.

Прости, но я, признаться, выше
Ценю таких людей, каков
Презревший славу и афиши
Борис Петрович Коротков.

Прощай Москва, душа отчизны,
Столица вечной суеты!
С годами лучшими из жизни
Так скоро уплываешь ты.

Все люди честные на свете −
Твои друзья, твоя родня,
И мой уход ты не заметишь,
Как не заметила меня.

Ко всем с душой ты, словно к близким,
И к москвичам, и к тем из нас,
Что за московскую прописку
Готовы другу выбить глаз,

Дойти не только что до драки,
До сделки с совестью, ей-ей,
Не говоря уже о браке
Из-за жилплощади твоей.

Я не такой, Москва, упрямый,
Эгоистичный дуралей,
Ты мне, Москва, признаюсь прямо,
Издалека ещё милей.

Прощай же, мир обетованный,
Мне только «В добрый путь!» скажи,
И в дымке, снежной и туманной,
Твои растают этажи…

(Бещев — Министр путей сообщения, Марквардт — доктор наук, начальник кафедры, Коротков — художник, руководитель изостудии).

Совнархоз предложил найти работу самому, и я устроился инженером-конструктором третьей категории на завод Латвэнерго, где платили 95 рублей в месяц в отличие от обычных 80-ти. Занимались мы там разработкой электроприводов медицинских аппаратов лучевой терапии.  Вдобавок я набрался нахальства за червонец в месяц руководить заводской изостудией. А поскольку Коротков выдал мне лестную характеристику, поступил в вечерние классы Академии художеств, а заодно ходил и на подготовительный курс и на наброски с живых моделей, менявших позу каждые пять минут.

Я-5

Не проработав и года, я затосковал и уволился с завода («Я бросил свой завод, хоть в общем, был не вправе» – В. Высоцкий). Намылился всерьёз поступать в Академию, а пока устроил себе каникулы. Спланировал «супертайм» по самообразованию и стал изучать языки, историю, философию, заниматься музыкой, живописью и литературой. Отредактировал свои рассказы о школьных годах, сочинил несколько стихотворений и музыкальных пьес, активно осваивал немецкий язык и взялся за шведский. На английском читал книжки и ходил с братом на разговорную практику в Морской клуб. А роман о французской жизни мне показался несерьёзным, и я его забросил. Вместо него взялся за шпионский детектив из американской жизни времён начала Второй мировой войны, навеянный книгой Майкла Сейерса и Альберта Кана «Тайная война против Америки».

Как-то в «Комсомольской правде» я наткнулся на заметку о романтичной девушке Ляне, любившей классическую музыку и занимавшейся просветительством в глухой сибирской деревне. Она была так заманчиво обрисована автором, столь созвучна моему настроению, что я принял её чуть ли не за героиню своего романа и написал ей письмо:

Мильон километров прошёл и проехал
Я чистых и грязных дорог,
Ни разу не плакал, но громкого смеха
Частенько сдержать я не мог.

Любить не любил я, но пылкого сердца
Порывов сковать не умел,
Я трезвым был малым, но бездну, поверьте, 
Я  чувств и желаний имел.

А раз на досуге, читая газету
Не помню, какого числа,
Я девушку встретил, и девушка эта
Моею судьбою была.

Я имя её повторял спозаранку
До кротких закатных лучей,
Планету бы вывернул всю наизнанку
За взгляд её милых очей.

Понятно, стишок был несерьёзный, с юморком, но всё же бил в цель, и я тут же получил ответ. Завязалась переписка. Тут меня вызвали в КГБ и – новое дело! – предложили поступить на двухгодичные курсы контрразведки в Москве. После выпуска − погоны лейтенанта, оклад 140 рублей, свободное владение двумя иностранными языками, интересная работа с загранкомандировками. Предложение звучало довольно заманчиво, хотя… Связать себя с военной службой? Слишком крутой поворот. А в Академии художеств преподаватель отговаривает от поступления на очное отделение: «У вас же хорошая специальность! Зачем вам это надо? После Академии пошлют в отдалённый колхоз завклубом, и будете там спиваться. Таких примеров полно». – «А как же вы?» – «Мне Министерство культуры заказало копию дипломной работы, и я зацепился. Но это исключение».

В растрёпанных чувствах я взял и махнул на Байкал, где на тяговой подстанции Култук сменным инженером работала Таня. Махнул − это легко сказать. На самом деле Таня попросила у коллеги и прислала мне ненужный ему железнодорожный билет для разового бесплатного проезда в любой конец страны. А тогда уж я и махнул, вставив туда свою фотографию. По дороге вылез в Красноярске и посетил пристанище Ляны в селе Челноково, где она жила с подругой Кирой. Познакомились очно, и я продолжил свой маршрут.

На Байкале мы с Таней совершили незабываемый поход по горным хребтам и водным просторам этого великого озера-моря. Сначала мы полезли на хребет Хамар-Дабан, к озеру Сердцу, потом прокатились по Байкалу на пароходе «Комсомолец», и ещё съездили в охотничьи угодья на полуостров Святой Нос. Подробнее об этом, как и о других моих путешествиях, можно почитать в рубрике «Путешествия» и в книге «За туманом«.

10.psd Вид на Слюдянку. Этюд 35х50 см, к.м.

Поскольку в Култуке жить было слишком холодно и тоскливо, особенно зимой, Таня после похода уволилась с подстанции и уехала со мной в Ригу, где поступила работать на ВЭФ. Брат Эдгар, двумя годами ранее окончивший Московский энергетический институт, тоже работал в Риге, сначала в Академии наук, потом на полупроводниковом заводе. А я ещё в Култуке получил письмо от папы с газетной вырезкой, в которой сообщалось, что в Москве организован Всесоюзный научно-исследовательский институт технической эстетики (ВНИИТЭ), а в столицах союзных республик, в том числе в Риге – Специальные художественно-конструкторские бюро (СХКБ). Вот, думаю, – то, что мне надо. Здесь я стану дизайнером, удачно объединив свою инженерную квалификацию с художественными наклонностями. И не надо мне ни Академии художеств с её колхозными клубами, ни госбезопасности с её слежкой за согражданами.

В свежеорганизованном бюро я получил должность художника-конструктора третьей категории с окладом 110 рублей, рабочее удостоверение за номером 24, а командировочное и вовсе за номером 1. Поехал в Лиепаю на машиностроительный завод, для которого затем спроектировал обновлённую соковыжималку. Но это не вполне гармонировало с моим профилем инженера путей сообщения, и вскоре я принял участие в работе над первым скоростным электропоездом ЭР-200 для Рижского вагоностроительного завода. Этот завод был знаменит тем, что в царские времена на нём был построен первый в России автомобиль и даже первый в мире танк. К сожалению, до наших дней не дожил не только тот автомобиль и тот танк, что простительно, но и сам завод усох и обмельчал, что лежит уже на совести руководства нынешней Латвии. А конструкторский отдел электропоездов почти в полном составе переехал в Россию, на Демиховский завод, который наряду с Торжком стал выпускать электрички вместо РВЗ. Но тогда об этом никто не мог и помыслить.

Из байкальского похода я привёз книжку Василия Кубанёва «Идут в наступление строки». И сама книжка, и её предисловие с рассказом об авторе произвели на меня большое впечатление. Я почувствовал в нём родственную душу: подобно мне, он страдал потребностью в творчестве, занимался самосовершенствованием  и строил грандиозные планы, но умер от воспаления лёгких ещё в 1942 году, на двадцать втором году жизни. 

Под влиянием его неординарной личности я организовал в домашнем кругу клуб «Факел» имени Кубанёва с участием родителей, брата и Тани. Каждый вёл свой тематический раздел, изучал вопросы, готовил выступления и делился новостями. Потом интересные вопросы обсуждались. Для нашей дружной семьи, где не бывало скандалов, пьянства или ссор, да и бранного слова никто не слыхал, это не было чем-то чрезвычайным. Вообще мои родители были чрезвычайно порядочными людьми, никогда не пытались урвать чего-нибудь лишнего. Несмотря на деревенское происхождение, их нельзя было упрекнуть в неинтеллигентности, не говоря о вульгарности. Мама даже никогда не красилась и не носила драгоценностей, считая это нескромным.  Многие любили своих родителей, и я в их числе. Некоторые считали, что их родители − самые лучшие. И я в их числе. Это не значит, что я их идеализировал. Нередко я спорил с отцом и перечил матери. Но многие знакомые считали, что наша семья была образцовой. И я, опять же, в их числе.

О Кубанёве я написал письмо составителю книги, автору предисловия и его другу Борису Стукалину, который оказался Председателем Комитета по печати при Совете Министров СССР. Не занимай он такого поста, эта книга, возможно, и не вышла бы в свет. Он переадресовал меня к сестре Василия Марии, которая дополнила информацию о своём брате и прислала список «Ста лучших книг о Человеке», составленный Василием. Ну и размах был у него! Там было много книг, о которых я даже не слышал. Сообщила Мария и адреса молодых людей, интересовавшихся, подобно мне, творчеством и судьбой Василия. С ними я затеял переписку, приглашая заочно присоединиться к нашему клубу «Факел». Но вся эта работа из-за своей эпистолярности не принесла ощутимых результатов, хотя номинальный состав клуба и увеличился.

И вот наступил момент, когда отец сказал, что довольно, дескать, вам, молодым, расходовать энергию на домашние посиделки и досужую переписку. Шли бы вы в народ. Как в своё время дед Алёши Пешкова сказал ему: «Ну, Лексей, ты − не медаль, на шее у меня − не место тебе, а иди-ка ты в люди». И пошел он в люди. Вот так в люди пошли и мы. Тогда по стране во множестве создавались молодёжные кафе и клубы, и на этой волне нам несложно было организовать при райкоме комсомола молодёжный клуб, который с лёгкой маминой руки получил название «Данко» по имени литературного героя того же Алёши Пешкова, выросшего в людях до Максима Горького. 

На первых же тематических вечерах клуба мы сколотили актив из добровольцев. Председателем стал я, Эдгар и Таня вошли в Совет клуба. Вместе мы составляли планы мероприятий и списки гостей. Собирались в кафе, в школе, во дворце культуры ВЭФ, в Доме знаний, что размещался в бывшем кафедральном соборе. На коллективные мероприятия через актив клуба и райком комсомола распространяли билеты по предприятиям и организациям, приглашали интересных людей, учёных, артистов, музыкантов. Слушали выступления, смотрели фильмы и слайды, обсуждали острые темы, пели песни. Песни под гитару вошли тогда в моду с лёгкой руки Визбора, Окуджавы и Высоцкого и звучали со всех магнитофонов. Мы не оставались в стороне. Вот очаровательная Галя Босых на вечере песни поёт старинный романс,  аккомпанируя себе на гитаре.

Скоро клуб «Данко» обрёл популярность в городе.  Обычные вечера у нас были безалкогольными, с одинаковым для всех скромным ассортиментом угощений. Билеты, оформленные мною и распечатанные через райком комсомола, продавали по рублю. Но особенно многолюдными и весёлыми были встречи Нового года с маскарадом, шампанским, танцами, играми и другими развлечениями, с билетами по пять рублей, с выборами мистера и мисс Данко на очередной год и с билетами по пять рублей. Однажды  мы отмечали Новый год в школьном зале, задрапированном под пиратскую галеру «Селёдка», на которой я был «капитаном д’Анко». Подготовили и программу, и остроумные пригласительные билеты. В другой раз я был ковбоем в широкополой шляпе и джинсах, с самодельным большим револьвером, стрелявшим хлопушками с конфетти. Через пару дней в этой же форме я заявился на новогодний маскарад в Дом офицеров и, к своему ужасу, оказался там единственной маской. Все пялились на меня, а я не тушевался, стрелял хлопушками. И получил первый и единственный приз с грамотой за оригинальность и смелость.

Казалось бы, свой молодёжный клуб – прекрасное место для знакомств и поиска суженой, даже при относительно занятом сердце. Тут бывает столько разных девушек! Взять ту же Галю Босых. Мне она нравилась, но ответного внимания я не замечал, а проявлять напор настроен не был, так уж воспитался. Познакомился было с не менее симпатичной Галей Антоновой, но на другой же день по дороге на свидание она попала под электричку. Об этом и вспомнить страшно, не то что искать ей замену.

Эпопея с «Данко» мне даром не прошла. Проявленная общественная активность «в деле организации молодёжного досуга» была отмечена избранием меня кандидатом в члены Рижского горкома комсомола. Возник новый вариант трудоустройства и карьеры,  но по этой стезе, как и по линиям кинематографии и госбезопасности, мне пойти не довелось.

А что же Ляна? Моих завышенных ожиданий она не оправдала. Неожиданно они с Кирой оставили своё сибирское пристанище и приехали в Ригу. Поначалу остановились у нас. Помню, как я сыграл Ляне на пианино «Баркароллу» её любимого Чайковского, и она даже прослезилась. Но жизнь в Риге у них не заладилась, к городу они не приспособились, да и в нашу компанию не вклеились. В их романтике было много наивного, возникли трудности с жильём и заработком, какие-то неприятности с библиотекой, да и друг с другом произошёл разлад… В конце концов, они уехали порознь к своим родственникам.  

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

10 комментариев к записи “Кое-что о себе”

  • Приветик!
    Я тоже ученица школы Твой Старт. Обучаюсь уже на продвинутом курсе, буду рада нашему общению и обмену опытом.
    Моя страничка в контакте: http://vk.com/id17493996
    Заходите в гости)

    • Привет-привет, спасибо за внимание. А я вот парюсь над своим сайтом, что-то он у меня какой-то своенравный. Поэтому в соцсетях пока не общаюсь, нечего выложить на стол. Сегодня с сайта вообще пропал большой рассказ с иллюстрациями, опустошив целую рубрику. Таким опытом меняться не резон.
      Альфред.

  • Приятно с Вами познакомится. Каждый человек, с которым встречаешься, дарит нечто особенное — это свой внутренний мир, который большой и прекрасный. С нетерпением жду новых Ваших статей. С дружеским отношением, Марина.

    • Будем знакомы, Марина.
      Пишите о себе. Что-то я не удосужился раньше ответить. Тут такие порядки, что комментарий не сразу и заметишь. Но лучше поздно, чем… Такова уж наша жизнь — то слишком поздно, то слишком рано. Хорошо всё делать вовремя. Да и то не уверен.

  • Классная статья

  • Интересная статья, понравилась, лайк, если будет также время и интересно посмотреть на 5 красивых моделей, который сейчас проходят отбор за лучшую, то зайди на эту страницу и проголосуй, голосование идет с 03.06.2015 до 15.07.2015 Помоги определить самую красивую девушку, посмотри каждое фото в большом размере! http://vk.cс/3RDtqJ

    • Спасибо за лайк, но проголосовать за девушку не удалось. Какая-то ссылка хитрая, не для нас, простаков. Короче, просто магазин. Будут деньги, зайду.

  • Альфред, лицо у Вас знакомое. Мучаюсь теперь, где я Вас мог видеть?

    • Возможно, где-то в соцсети или на каком-нибудь форуме. Я же не маскируюсь, как некоторые, и всюду лезу исключительно со своим лицом. Так что мучиться не надо.

Оставить комментарий

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.