Кое-что о себе

19. ИСКОМЫЙ ДОМ  

Тогда мы обследовали другие берега Московского моря, проехали на юг до Конакова и на север до Перетрусова, но ничего подходящего не нашли. Тут вдруг Татьяне, которая в своей Твери тоже интересовалась вариантами загородного жилья, риэлтор предложил посмотреть некий дом хоть и в черте города, но на отшибе, в посёлке Власьево, на самом берегу Волги. А она и сама его раньше видела и называла про себя «попов дом», поскольку стоял он вблизи церкви и выглядел солидно. А храмы-то строили на лучших местах. На самом деле хозяином был начальник городской службы мелиорации, который смылся от кредиторов за границу, поручив родственнице продать дом для оплаты долгов.

Поехали смотреть. И что же? Мне понравилось. Участок размером 8,5 соток расположен на правом берегу Волги. До воды метров 50 через луговину с отдельными берёзками и кустами, уж ближе строить не разрешается. Дом капитальный, двухэтажный, оштукатуренный и покрашенный в белый цвет. К тому же, практически готов − въезжай и живи. Хотя в эксплуатацию ещё не сдан.

Окружающая местность довольно живописна. С севера – Волга шириной метров триста, со сплошным лесом на противоположном берегу. С запада – впадающий в неё ручей, за ним – поселковые домики и большая берёзовая роща с песчаным пляжем вдоль берега. С восточной стороны – липовая роща с прудом, напоминающая о когда-то размещавшейся здесь старинной усадьбе. К югу – церковь Казанской божьей матери и несколько поселковых домиков на небольших участках, а за ними – шоссе Москва-Тверь с троллейбусами, автобусами и маршрутками, по которому в одну сторону – десять километров до центра города, в другую – сто шестьдесят до Москвы. 

Волжский берег здесь, хоть и невысокий, в рост человека, но круто обрывается к воде, и только дорога от шоссе, проходя мимо церкви, спускается к реке полого, словно к переправе. Попискивают чайки, потрескивает сорока, мелькают сойки и синички.

Так что же, будем жить в Твери? А Таня с Сергеем тоже в Тверь не собирались, но судьба забросила. Вот и меня направляет. А сама как бы и не при чём, прячется за кустами. Дескать, хозяин − барин, сам выбираешь. Я упрямый, но против судьбы не попрёшь. Почём знать, может, оно и к лучшему. Рассмотрев как следует дом, занёс я его в таблицу, которую составил для сравнения вариантов, и он по сумме показателей вышел на первое место. Ну, значит, так тому и быть. 

Три тысячи долларов, которые Эдгару удалось выцарапать из МММ, оставили хозяйке в задаток. Я настоял на устранении недоделок и сдаче дома в эксплуатацию до продажи. А то − кто его знает, насколько он законный. Мне же осталось продать квартиру, выручки от которой хватало на дом с избытком. Поэтому с продажей остальных квартир можно было не торопиться. Хотя я привлекал знакомого риэлтора, бывшего коллегу по работе, выгодно продать квартиру удалось только благодаря расклеенным мной объявлениям. Ай да Долматовский!  

Когда все формальности были соблюдены, 28 марта 1998 года мы переехали.

DSC07320 - копия

Наш «замок». Эти ёлки выросли уже потом, да и навесов над балконом и лестницами поначалу не было.

Нас сопровождала недавняя подруга Оля К., тоже знакомая по объявлению. Её отклик был своеобразен: в конверте лежала только маленькая газетная фотография девушки с припиской «Я похожа». Жила она ещё ближе Кати – на Олимпийском проспекте, буквально в полусотне метров от меня. («Ну, лентяй! Всё бы ему поближе» – придирчивый читатель).

Подъехав к новому дому, вместо кошки мы запустили в него Олю. Дом-то я рассмотрел уже раньше, но тут расскажу подробнее. Всё-таки, у меня в некотором роде отчёт. Кого подробности не интересуют, могут их пропустить. Им просто скажу, что в целом дом компактный, удобный и уютный. А для любознательных попробую описать детально. Планировка дома весьма своеобразна. Хотя я написал, что дом двухэтажный, но по вертикали здесь размещались не этажи, а так называемые «уровни», расстояние между которыми вдвое меньше, чем между этажами (заметно на картинке). Дело в том, что в одной половине дома междуэтажные перекрытия расположены на пол-этажа выше, чем в другой, и лестница, проходя между ними, имеет пролёты по пол-этажа. Всего таких уровней восемь, если считать подвал, гараж и двойной чердак. Без них – четыре, которые и образуют «двухэтажный» дом.

На трёх обитаемых уровнях – семь жилых комнат, включая большую кухню-столовую, совмещённую с ней гостиную-каминную и пять небольших комнат под спальни и кабинеты. Два балкона – один на север, другой на юг. С северного балкона открывается вид на Волгу и проплывающие суда. Впечатление такое, что находишься в штурманской рубке большого корабля, идущего поперёк реки. Помимо жилых помещений, в доме находятся просторная прихожая и два санузла, один из них с ванной. В полуподвале − котельная, две хозяйственные комнаты, кладовка, душевая и помещение для сауны. На первом уровне гараж с двумя чуланами (наконец-то машина будет в тепле и под боком!) Водопровод и газ подведены, освещение подключено, кухонная плита и водопроводная вода греются электричеством, отопление водяное, от газового котла. Жилая площадь невелика, 77 квадратных метров, меньше чем по 20 на рыло, а вот общая на сотню больше.

Надо сказать, что ещё до нашего пришествия в недооборудованном доме случилось ограбление. Хозяева поселили тут для пригляду пожилую пару. Им то ли не заплатили, то ли что, но они без спросу уехали. А воры приехали. А может, воры их просто выгнали, «пока целы». Что произошло дальше, можно было себе представить, даже не будучи Шерлоком Холмсом. Приподняли ворота, сбросили их с петель на землю, заехали на грузовике, зацепили тросом и выдрали с мясом решётку гаражного окошка. Самый юркий пролез в окошко и открыл изнутри засовы гаражных ворот. Завели туда машину и стали не спеша наполнять её заготовленным оборудованием. Вывезли электрощит со счётчиком, одиннадцать внутренних дверей, двадцать упаковок паркета, тринадцать батарей отопления, три раковины, фурнитуру. Большой финский водонагреватель не осилили и оставили на полу.

Хозяин дома, заготовивший это богатство, к тому времени уже был в бегах, а наследники в ходе подготовки дома к продаже заменили украденное самым дешёвым, частично даже бывшим в употреблении. Но в целом интерьер смотрелся, хоть и не богато, но вполне прилично. Что называется, для скромных покупателей, какими мы, собственно, и являлись. Если бы не этот грабёж, дом наверняка стоил бы заметно дороже. А сейчас он продавался за 65 тысяч долларов, как и большинство просмотренных нами коттеджей на окраине Дубны, да и в других местах Подмосковья.

Хотя я написал «въезжай и живи» – это не означало, что ничего не надо делать. Делать надо было очень много, но жить уже было можно. И это важно: не надо ютиться где-то в другом месте и постоянно ездить сюда, как на работу.

Довольно долго мы занимались доделками, обстановкой и оборудованием. Участок, представлявший собой заросший полынью пустырь, превращали в приличный сад. Полынь я несколько дней выкапывал лопатой и выдирал руками. Под ней вместо чернозёма таился слой перемешанного с землёй строительного мусора: обломков кирпича и бетона, проволоки, тряпок и стёкол. Всё это надо было выкапывать и вывозить к мусоросборникам. А уж потом заасфальтировали подъезд, разбили клумбы, посадили деревья.

Окрестные безмятежные пейзажи там и сям осквернялись микросвалками и простодушно разбросанным мусором – бутылками, банками, склянками, железками, тряпками, бумагой, вплоть до сломанных газовых плит и холодильников. Непонятны были усилия жителей по загаживанию мест своего отдыха. Нащёлкав снимков, я написал статью в газету и заехал на местный телеканал, не шибко надеясь на помощь. Однако дело получило огласку. Статью опубликовали, приехали репортёры, сюжет показали по телевизору, а там появились и рабочие Горзеленстроя. Вычистили почти всё, а потом и каждый год приезжали, пока не надоело. С тех пор берега вновь захламляются.

Забегая вперёд, дополню, что про раздолбанную грунтовую дорогу от шоссе до нашей церкви я написал в правительство города. Стыдно, дескать, – всё же, дорога к храму. И тоже не напрасно. Теперь тут прекрасный асфальтированный подъезд. А всё заветы Долматовского: не сетовать, а действовать. Да ещё и Мичурин, помнится, не советовал сидеть сложа руки и ждать милостей от природы.

Из питомника в Клину мы с Таней привезли две голубые ёлочки, из ботанического сада – сибирскую лиственницу, вавилонскую иву и конику, из леса – можжевельник и клён. Ёлочками мы украсили центральный вход на нашу «усадьбу», иву и лиственницу посадили по сторонам, а маленькую конику – вблизи от входа в дом. Две выгородки у входных лестниц хорошо подошли для столбчатого можжевельника и колоновидной туи. Клён посадили за забором, у главных ворот. Все эти деревья, кроме маленькой коники, были примерно моего роста. Одна из голубых ёлочек через пару лет засохла, и ей пришлось привезти замену, поэтому ёлки стали различаться по росту. У продавщицы поинтересовались, как за ними ухаживать, чтобы не сохли. «Лить, лить и лить, – ответила она. – Смотрите, в каком болоте они здесь растут». И действительно, там были сплошные кочки и лужи.

Через пару лет Таня с Серёжей по дороге из Риги выкопали два дубочка и высадили с южной стороны дома. Из плодовых деревьев мы с Таней посадили четыре яблони, две вишни и две черешни. Параллельно вдоль заборов я высаживал сирень, смородину и малину, а через луговину к берегу Волги прямо от ворот проложил аллею, обсадив её берёзками, клёнами и даже одним каштаном. А поскольку луговина отделена от нас глубокой канавой, построил через неё дощатый мостик.

Теперь прямо из ворот идёшь через асфальтированную площадку на мостик и по аллее выходишь на берег. Там, правда, обрыв в рост человека, который надо бы срыть или сделать лестницу к воде. Если бы у нас было много денег, я велел бы, кроме того, на берегу насыпать песок для пляжа, построить причал с эллингом для катера, и сам катер тоже бы купил. Ах-ах! А пока пришлось довольствоваться казённым катером-паромом, который поблизости от нас ходит на другой берег Волги, где, в отдалении, расположен дачный посёлок. А напротив нас стоит сплошной лес, довольно пустынный в плане грибов, зато попалось несколько кустов дикой смородины, пригодившихся для нашего сада.

Из живности поначалу на участке прыгали лягушата, за которыми охотились ужи. Разделавшись с лягушатами, они ушли на новые пастбища. Змею я видел всего раз, она быстро переползла нашу подъездную дорожку. Вообще-то змея не ползёт, а скорее, течёт, причём довольно быстро. Или струится. Прокопайте на склоне холма узкую извилистую канавку и вылейте в неё стакан ртути. Вот змея и заструилась. Почему червяки так не умеют? Растягиваются, потом подтягивают хвост, снова вытягивают голову… Сплошная морока, и никакой скорости.

Наша беспокойная компания с её строительными и автомобильными шумами постепенно отвадила дикую фауну. Остались птички да бабочки. Им хорошо – куда хотят, туда летят, были бы деревья, кусты да цветы, а этого вокруг полно.

Какое-то время мы пытались огородничать. На прибрежной луговине соседи выращивали картошку, нам тоже выделили участочек. Два года мы держались, но там не было ни ограды, ни охраны, и урожай доставался лихоимцам. Постепенно все забросили это дело, переключились на свои огороженные участки. А мы забросили и грядки на своём участке: поблизости рынок, там всё есть, и недорого. Оставили у себя только цветочные клумбы. А хорошую картошку нам стали привозить из хозяйства в Эммаусе, что ниже по Волге. Трёх мешков по 35 кг хватало на год до следующего урожая.

Тем временем луговина заросла буйной травой, и по весне её стали поджигать то ли дети, то ли просто идиоты. Подожгут и уйдут, а огонь широким фронтом надвигается на кусты, деревья и сараи. Мы с Таней бегаем с лейками и лопатами, заливаем и прибиваем хищные языки пламени, пока оно не зачахнет, огрызаясь белым дымом. Привычка к таким поджогам у нас, похоже, неискоренима, и является одной из главных причин лесных и сельских пожаров. В апреле-мае по всей стране фиксируется более двадцати тысяч неконтролируемых весенних палов сухой травы.

Однажды на наш берег пришла женщина с девочкой и стала раскладывать в сухой траве костерок. Я подошёл и предостерёг, обратив её внимание на ветер. Она окрысилась: «Не глупее вас!» Лишь только я ушёл, костерок запылал, трава загорелась, и они обе, не справившись с огнём и схватив свои манатки, позорно бросились наутёк. Тушить пламя, разумеется, пришлось мне.

У соседей я выкупил вторую половину общего сарая, а другой их сарайчик, вторгшийся на нашу территорию, вообще разобрал. Вместо него оборудовал уголок для летней трапезы под дубом: выложил площадку крупноформатной пластиковой плиткой, приобретённой ещё в Москве для гаража, смастерил стол и скамейки, сбоку для уюта установил лишнюю решётчатую секцию от ограды, по которой Таня пустила побеги клематиса.

Кстати, об ограде. Она у нас наподобие перевязи Портоса: с фасадной стороны приличная железная решётка на восемнадцати красно-кирпичных столбах, такие же ворота и калитка, а с тыла – сплошной дощатый некрашеный забор между покалеченными бетонными столбиками. Для кирпичных столбов ещё пришлось заказать, а потом покрасить и установить восемнадцать металлических колпаков.  

Дом мы тоже постепенно доводили до кондиции.  Балконы застеклили, в подвале оборудовали сауну, вместо старого  твёрдотопливного котла купили компактную настенную газовую «Беретту», пол гаража и подвала вымостили плиткой, на чердаках устроили две мансарды с гардеробом и складом. Купили и навесили светильники, карнизы, занавески, дверные замки. От воров наладили внутреннюю сигнализацию, а до наступления эпохи мобильников установили радиотелефон, работавший через коммутатор «девятку». Обои уже были поклеены, скромные, но вполне приличные.

Всё, что могли, мы делали своими руками, для остального привлекали профессионалов, которых приходилось искать разными способами. Фирмы за мелкие работы не брались, поэтому мы договаривались с конкретными исполнителями устно, без оформления бумаг. Эдгар и Сергей ещё работали − один в Москве, в институте Академии наук, другой − на заводе в Твери, поэтому основные заботы ложились на нас с Татьяной. А приглашённые профессионалы не гнушались задрать повыше цену или прихамить несколько мешков цемента. Кончался двадцатый век, производство лежало на боку, зарплаты и пенсии платили с перебоями, инфляция их обесценивала. С другой стороны, расширились возможности «диких» заработков.

Долго ли, коротко, года за три дом и сад были приведены в порядок. После освоения нового жилья стало видно, что оно не только лучше десятков просмотренных вариантов, но и с нуля мы не смогли бы выбрать проект и построить что-то более для нас подходящее. Осталось лишь сожаление, что осели мы всё-таки не в Дубне. Но в общем, кто не знает, собственный дом по сравнению с квартирой − что море по сравнению с озером или дыня по сравнению с огурцом. Даже не так по размеру, как по ощущению. Чуть встал − выходишь в сад. Тут тебе и лес, и река, и птицы, и цветы… Или, наоборот, – снега, красота, тишина… В саду, конечно, надо работать, а снега разгребать, ну так это и зарядка, не надо фитнес-клуба. В городе, бывало, выдались выходные – надо куда-то ехать. На трамвае, на автобусе, на электричке, на машине… На природу, на реку, на пляж… А тут всё рядом. Танин племянник, приезжавший в гости из Сарова, говаривал: «У этого дома один недостаток: отсюда приходится уезжать». Как же я жалел, что родителям не довелось дожить до этого дома. Думаю, здесь они были бы более счастливы, чем в московской квартире. И уже через три месяца после переезда сюда, первого июля 1998 года, мы отпраздновали бы папин столетний юбилей.

Воспринимая этот дом как дачу, я не мог не видеть его преимуществ перед нашей любимой дачей в Юрмале: солиднее по размерам и по капитальности, все коммуникации (кроме телефона), к тому же дом не казённый, а вполне собственный. Конечно, там в десяти минутах хода − морской залив, зато здесь в двух минутах − Волга. Правда, сосновому лесу с его волшебным, ароматным воздухом здесь замены нет. Да и публика, вроде, там поинтеллигентнее. Тем не менее, зимой нашу дачу грабили. Папа даже табличку на двери вешал: «Граждане! Не ломайте двери и окна, дача совершенно пустая». Разбежался. А из гаража увели два велосипеда, но милиция их нашла и вернула. Потом, когда мы с братом уехали в Москву, их опять увели, и уже с концами. Так что не табличку надо вешать, а простую записку: «Ваня, входи осторожнее! Все змеи расползлись по комнатам, я собрать не успела. Целую».

Ладно, это дело прошлое. Дачу-то всё равно у нас отобрали. Сравнивай, не сравнивай, а выходит, собственный дом всё равно лучше казённой дачи. Вообще, дом испокон веку — главное человеческое жильё. Конечно, если копнуть поглубже, то там были и пещеры, и юрты, и шалаши… Ничего, может, дойдём и до них. Жизнь-то идёт по спирали, куда денешься.

Старую машину из московского гаража я привёз сюда. В смысле, на ней и приехал. Но в мае съездил в Москву и купил новую, на этот раз «Ниву», о которой мы мечтали в путешествиях, чертыхаясь на бездорожье. У старой за пятнадцать лет и кузов подгнил, и спинка водительского сиденья удерживалась палкой… В Москве-то её ещё можно было продать, но я понадеялся на Сергея, большого мастера по борьбе со старыми автомобилями, а он не оправдал ожиданий: ему приходилось бороться с двумя своими «экспонатами». Тут ещё соседский парень обещал продать лежавший у него в саду новый кузов от «шестёрки», но тоже подвёл, хотя три тысячи залога взял. В общем, оказалось (как всегда), что надеяться следует только на себя. Объявления о продаже я тут не подавал, опасался грабителей, а чужие объявления о покупке машин «в любом состоянии» не возымели действия. В итоге машина отправилась в металлолом за четыре тысячи рублей.  К тому времени это были уже далеко не те рубли и те тысячи, за которые я её покупал.

А «Нивой» я остался вполне доволен. Конечно, не джип «Чероки», но ни к её резвости, ни к маневренности, ни к вместимости, ни к проходимости у меня претензий не возникло. Скромная такая, но прыткая и симпатичная лошадка. Недаром и за рубежом она до сих пор пользуется успехом и нередко даёт фору дорогим навороченным джипам. Раньше меня отвращало от неё маленькое отделение для багажа, но на деле оно оказалось не меньше, чем жигулёвский багажник. А Таня в дорогу сказала: «Только не бери тёмную». А мне и говорить не надо, я с детства не люблю машины чёрные, громоздкие, низкие, длинные. И выбрал «Ниву» нежно-кремового цвета «чайная роза». Тем более, что такая была одна.

Нива

О финансах. Моя квартира ушла за 70 тысяч зелёных, гараж – за 17 тысяч. Дом обошёлся в 65 тысяч, машина – в 7,650. Со всякими дополнениями и переездами расходы приблизились к 80 тысячам, оставалось около семи. Мои же компаньоны меня пiдманули-пiдвели, свои квартиры продавать не стали. Доделки дома шли за мой счёт, я же покупал необходимую мебель и оборудование, оплачивал коммунальные расходы. Газовый котёл с установкой обошёлся мне в две тысячи долларов, примерно столько же ушло на устройство и оборудование сауны и превращение балконов в лоджии, больше тысячи – на устройство внутренней сигнализации, телефонной связи и телевизионной антенны. Потом ещё кухонный гарнитур, пара диванов, телевизор, светильники, ковролин, линолеум, разные материалы, инструмент…

Доллары я менял у продавщиц в городском универмаге на рубли. Тогда мне был выгоден высокий курс, но был он меньше тридцати рублей за бакс. Когда доллары иссякли, я занялся продажей картин и книг. А зарплаты и пенсии шли в основном на текущие расходы. Пробовали мы выращивать для некоей фирмы грибы-вешенки, но фирма рассосалась, а другой бизнес мы так и не наладили.

Через пару лет Эдгар реализовал за 21 тысячу долларов московскую квартиру, которую покупал за 36 тысяч: недвижимость на глазах падала в цене. Он ещё долго продолжал работать в Москве, ночуя в институте и приезжая только на выходные. Зато получал и зарплату, и пенсию. Татьяна же с Сергеем продавать свою квартиру отказались наотрез. Какое-то время сдавали, но и с этим завязали, поменяли её на однокомнатную поблизости от нашего дома. Говорят мне: «Дом оформлен на тебя, а мы своего жилья тоже не хотим лишаться. Мало ли…» Хорошо устроились. 

Летом, во время Серёжиного отпуска, они ездили в Крым, где либо ютились у Таниных родственников в Керчи, либо снимали частный угол на берегу Азовского моря. Оставшись в одиночестве, я без помех, но и без помощи занимался благоустройством нашего жилища, составляя для отчёта длинный список выполненных работ, свидетельствовавший, что я тут не бездельничал, пока они грелись на крымском солнышке.

Новая машина служила нам верой и правдой. На ней мы совершали все местные разъезды, осенью делали вылазки по грибы в окрестные леса. Особенно нам полюбилось красивое местечко Моркино в полусотне километров выше по течению Волги, на высоком правом берегу. Там даже есть холм с песчаным обрывом, похожим на тот, с которого в реку Урал спускался Чапаев в одноимённом фильме, и с которого его расстреляли из пулемёта. Некоторые считали, что здесь это и снимали. Но такие обрывы, «уж точно чапаевские», мне попадались и в других местах.

Несколько раз я выбирался в Москву, то на техобслуживание машины, то на ежегодные встречи-посиделки студенческой группы, то на подмогу Эдгару по сборам и переезду. Кстати, возле его дома из моей машины выдрали магнитолу, пришлось покупать другую. Разок подвозили пожилых соседок на их отдалённую дачу, а однажды решили проведать Дубну, но на тамошнем посту ГАИ оказалось, что я забыл права в другой куртке, и пришлось вернуться, заплатив штраф 500 рублей за езду без документов. А солидных путешествий больше не совершали: вроде, мы и здесь в отпуске, да и оставлять надолго дом без присмотра не хотелось. И так в наше отсутствие местный пацан однажды залез в дом через форточку и выкрал из Таниной комнаты швейную машинку и банкноту в тысячу рублей. 

Хотя река у нас рядом, дело с рыбалкой так и не сдвинулось. Отрезвляли местные рыболовы, у которых ничего путного не ловилось. Такой прямой и открытый участок большой реки не шибко подходит для ужения. Тут ни бухт, ни проток, ни заводей, ни травяных зарослей, где стояла бы и кормилась рыба. Да и вообще приличная рыба в верховьях Волги повывелась из-за целой гирлянды плотин с гидроэлектростанциями, что расположены ниже по течению. Конечно, для кошек что-нибудь наловить можно, но… азарта не хватает, да и расход времени очень уж непродуктивный. Быстрее и проще купить рыбку в магазине или на рынке.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

10 комментариев к записи “Кое-что о себе”

  • Приветик!
    Я тоже ученица школы Твой Старт. Обучаюсь уже на продвинутом курсе, буду рада нашему общению и обмену опытом.
    Моя страничка в контакте: http://vk.com/id17493996
    Заходите в гости)

    • Привет-привет, спасибо за внимание. А я вот парюсь над своим сайтом, что-то он у меня какой-то своенравный. Поэтому в соцсетях пока не общаюсь, нечего выложить на стол. Сегодня с сайта вообще пропал большой рассказ с иллюстрациями, опустошив целую рубрику. Таким опытом меняться не резон.
      Альфред.

  • Приятно с Вами познакомится. Каждый человек, с которым встречаешься, дарит нечто особенное — это свой внутренний мир, который большой и прекрасный. С нетерпением жду новых Ваших статей. С дружеским отношением, Марина.

    • Будем знакомы, Марина.
      Пишите о себе. Что-то я не удосужился раньше ответить. Тут такие порядки, что комментарий не сразу и заметишь. Но лучше поздно, чем… Такова уж наша жизнь — то слишком поздно, то слишком рано. Хорошо всё делать вовремя. Да и то не уверен.

  • Классная статья

  • Интересная статья, понравилась, лайк, если будет также время и интересно посмотреть на 5 красивых моделей, который сейчас проходят отбор за лучшую, то зайди на эту страницу и проголосуй, голосование идет с 03.06.2015 до 15.07.2015 Помоги определить самую красивую девушку, посмотри каждое фото в большом размере! http://vk.cс/3RDtqJ

    • Спасибо за лайк, но проголосовать за девушку не удалось. Какая-то ссылка хитрая, не для нас, простаков. Короче, просто магазин. Будут деньги, зайду.

  • Альфред, лицо у Вас знакомое. Мучаюсь теперь, где я Вас мог видеть?

    • Возможно, где-то в соцсети или на каком-нибудь форуме. Я же не маскируюсь, как некоторые, и всюду лезу исключительно со своим лицом. Так что мучиться не надо.

Оставить комментарий

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.